Новости

Финансиализм как господствующий контур глобальной экономики

Финансиализм – это патологическая стадия позднего, зрелого производительного капитализма. Ирония истории в том, что ныне существование зрелого капитализма поддерживают самодостаточный, паразитарный денежно-финансовый контур или финансиализм, и становящийся все более независимым высокотехнологичный сектор, который далее будет называться техноэкономикой. Именно реальный капитализм в виде индустриального производства товаров и услуг обеспечивает не только материальный базис глобального хозяйства, но и стал объектом эксплуатации со стороны банкстеров (финансистов и банкиров) и гиков (представителей техноэкономики).

Если капиталистическое расширенное воспроизводство описывается схемой Товар-Деньги-Товар` и имеет целью капитализированную прибыль, позволяющую наращивать эффективность производства, то финансиализм базируется на схеме Деньги-Актив-Деньги` и практически никак не связан с повышением эффективности производства, разнообразием создаваемых товаров и услуг. Финансиализм, как господствующий уклад глобальной экономики, имеет целью получение дохода от операций с активами, в которые превращается все, что угодно – от свиньи до станка, от фрагмента программного кода до телесериала. Товары и услуги интересуют финансиализм лишь как активы, промежуточная форма, опосредующая оборот денег и долгов. Если при капитализме происходит замещение рабочей силы техникой и технологиями, то при финансиализме любы товары, ресурсы, услуги, отношения превращаются в активы, долги и деньги.

Финансиализм можно определить как частную и групповую собственность избранных по внеэкономическим критериям на денежно-финансовые потоки. Собственность выражается в монополии на проектирование и управление инвестиционными потоками, и присвоении на внеэкономической основе активов в любой форме. Цель финансиализации – это максимизация собственности на любые активы, т.е. товары, услуги и т.п., которые могут быть представлены в виде ценных бумаг на любых носителях и реализованы в ходе операции Д-А-Д`.

Существует три основных источника доходов банкстеров (банкиров, финансистов, спекулятивных инвесторов), как персонификации финансиализма.

Во-первых, это денежная эмиссия и, прежде всего эмиссия резервных валют, т.е. наращивание денежной массы. В отличие от зрелого капитализма, когда правительства, следуя заветам Д.Кейнса, в кризисные периоды печатали деньги и направляли их напрямую в бизнес, в первую очередь в производственную сферу и торговлю, а также домохозяйствам, при финансиализме новые деньги зачастую на безвозмездной основе получают банки и другие финансовые институты.

Во-вторых, при финансиализме рынок акций и других активов перестает зависеть от реальной текущей прибыльности бизнесов, их перспектив, устойчивости. Фондовые рынки начинают жить своей жизнью. Главной целью банкстеров становится манипуляция рынками для обеспечения как можно более длительного роста фондовых индексов и для выхода из фондовых пирамид за счет разорения домохозяйств, производственных компаний, а иногда и правительств.

В-третьих, в рамках финансиализма банки и другие финансовые институты оказываются способными самостоятельно создавать деньги в виде различного рода финансовых инструментов, типа кредитов, векселей, облигаций, деривативов и т.п.

Главным источником доходов банкстеров является приватизация эмиссии Центральных Банков и прежде всего центральных банков резервных валют, а именно Федеральной Резервной Системы США, Банка Англии, Европейского Центрального Банка, национальных банков Швейцарии и Японии и Народного Банка Китая. Эти банки, в отличие от писаний и домыслов конспирологов, сами по себе не находятся в частной собственности, и будучи независимыми непосредственно от правительств,  так или иначе контролируются в большей или меньшей степени высшими органами государственной власти соответствующих стран и их объединений.

При этом  центральные банки, прежде всего, через неформальные связи и элитные отношения, зависят от крупнейших международных и транснациональных банков и финансовых институтов, в первую очередь компаний по управлению капиталом. В конечном счете , они зависят от людей, которые контролируют, управляют и в значительной степени владеют ими. Для каждого центрального банка уровень взаимозависимости разный. Но международная денежно-кредитная статистика позволяет решительно утверждать, что именно центральные банки  и стоящие за ними группировки являются несущей конструкцией финансиализма.

Если в 1990 году соотношение между объемом так  называемой широкой денежной массы, включающей собственно деньги, а также банковские финансовые инструменты, и мировым ВВП составляло примерно 86%, в момент кризиса 2009 года – 95%, то в настоящее время оно достигло 135%.  Грубо говоря, с распадом социалистической системы и крахом СССР зрелый капитализм вступил в системный глубокий кризис. Едва ли не главным проявлением этого кризиса в предтерминальной его стадии стало появление финансиализма, своего рода злокачественной опухоли капитализма.

Как предсказывали еще в 80-е годы советские ученые М.Голанский, П.Кузнецов, В.Крылов, на рубеже 2007-2010 годов начался терминальный кризис капитализма, который охватит не одно десятилетие. Крушение зрелого позднего капитализма, проявляющееся, в том числе, в падении совокупной эффективности факторов производства, открыло дорогу финансиализму.

За последние 10 лет напечатано чуть меньше денег, чем было в глобальном обороте к 2009 году. Тогда денежная масса составляла примерно 45 трлн. долларов. В настоящее время она превзошла 83 трлн. долларов. Более 90% эмиссии пришлось на вышеупомянутые центральные банки. Причем особо отличились ФРС, Народный банк Китая и Европейский Центральный банк.

Еще в течение первого срока президентства Обамы Берни Сандерс и еще несколько сенаторов попытались инициировать первый за всю историю аудит ФРС.

За спиной администрации Обамы и группы Сандерса, как достаточно быстро выяснилось, стояли крупнейшие интернет- и высокотехнологичные компании, представляющие зарождающуюся техноэкономику. Затем случился казус Сноудена. Технологическим гагантам стало не до аудита ФРС. Они открещивались от тесной интеграции с разведывательным сообществом США. Тема аудита была успешно похоронена. Однако Сандерсу удалось получить некоторые предварительные результаты. Бесстрашный Берни опубликовал необработанные файлы, полученные от ФРС на своем сайте. Журналисты-расследователи по всему миру бросились исследовать уникальные материалы. Конечно, не обошлось без конспирологов и жадных до сенсаций желтых медиа.

Однако одному из наиболее серьезных и уважаемых в мире агентств деловой информации Bloomberg удалось осуществить достаточно детальные расчеты. Выяснилось, что во время кризиса 2008-2009 годов ФРС предоставила в первую очередь международным американским, а также немецким, швейцарским и британским банкам кредиты примерно на 10 трлн. долларов. В ходе последующего юридического конфликта между ФРС и Bloomberg, завершившегося досудебным урегулированием, ФРС впервые пришлось официально подтвердить, что почти 3 трлн. долларов банки получили беспроцентно на неопределенный срок. Несложно понять, что трехтрилионный подарок является похоронами зрелого капитализма, как его не понимай, по-марксистски, кейнсиански или либерально.

На сегодняшний день несколькими международными высококлассными исследовательскими группами, включающими не только исследователей в области финансов и макроэкономики, но и расследователей, прокуроров, специалистов по распознаванию аномалий, программистов и т.п., удалось неопровержимо установить, что подавляющая часть 40 трлн. долларов, брошенных в глобальный оборот центральными банками, оказалась на финансовом рынке и попала туда через 25 крупнейших транснациональных банков и финансовых институтов, типа взаимных и индексных фондов.

Теперь посмотрим, что произошло в последние 10 лет с динамикой цен на активы – еще одним важнейшим направлением финансиализации. В 2008-2010 годах в понемногу становящемся массовым Рунете был крайне популярен политэкономический ресурс-форум «Глобальная авантюра», созданный экономистом и маркетологом из Иркутска Михаилом Муравьевым. Главной темой ресурса было обсуждение неизбежного конца капитализма. Авантюрист, он же М.Муравьев, справедливо предположил, что поскольку экспансия для капитализма невозможна, выйти из кризиса можно только через гиперинфляцию сродни той, которая наблюдалась в Веймарской Германии после ее поражения в Первой мировой войне. В течение последующих 3-5 лет последователи Муравьева, а также провластные пропагандисты ожидали с месяца на месяц конца глобального капитализма за счет гиперинфляции.  В итоге Авантюрист отправился заниматься танго в Аргентину, а ресурс из аналитического превратился в пропагандистский.

Как это ни парадоксально, по сути, Муравьев и его последователи были правы. Кризис 2008 года ознаменовал вторую  после крушения СССР и системы социализма фазу терминального системного кризиса зрелого капитализма. Однако ошиблись Авантюрист со товарищи в ином. Ни в Америке, ни в странах ЕС, ни в Японии не случилось гиперинфляции. Кризис, по общему мнению, был преодолен не только при инфляции, а по некоторым странам и товарным группам при дефляции, т.е. снижении цен. С точки зрения практики зрелого капитализма это невозможно. Однако по факту случилось.

Случилось, поскольку глобальный капиталистический уклад был сброшен с пьедестала на вторую ступеньку окончательно сформировавшимся финансиализмом с самодостаточным спекулятивным кредитно-финансовым оборотом. В отличие от кейнсианских рецептов, которые западные правительства реализовывали в 30-70-е годы, в десятые годы XXI века эмитированные средства Центральные Банки направили не правительствам, домохозяйствам и в бизнес, а напрямую – банкам и в финансовые институты.  Те же использовали средства не для кредитования домохозяйств и бизнеса, как неизбежно должно было случиться при зрелом капитализме, а направили их через ограниченное число тесно связанных с центральными банками финансовых и инвестиционных институтов на финансовые и прежде всего фондовые рынки. В итоге, за 10 лет, минувших с острой фазы предыдущего кризиса, на всех рынках активов, и прежде всего, на фондовом рынке США, надулись гигантские пузыри.

Хотели бы отметить чрезвычайно важный, но мало кем осознаваемый факт. Не только бульварные, но и вполне респектабельные и серьезные медиа внушают населению, что рост индексов фондовых рынков, удорожание ресурсов – это хорошо, а вот рост цен на продукты питания и другие потребительские товары – плохо. Поэтому люди не понимают, что в условиях финансиализма и рост цен на товары, и повышение фондовых индексов – это два проявления одного и того же – инфляции. В одном случае обесценивание денег проявляется в том, что цена килограмма огурцов или конфет постоянно растет. Это, несомненно, плохо. Однако, при финансиализме рост цен на акции, ресурсы, например, нефть или недвижимость, связан не с реальными положительными сдвигами, а с системным обесцениванием денег. Просто от этого обесценивания выиграет узкий круг держателей ценных бумаг, а также некоторые страны, добывающие тот или иной ресурс. Правда, значительную долю доходов от надувания сырьевых пузырей, в первую очередь на нефть и газ, сильные мира сего изымают у стран-производителей, вынуждая их вкладываться в собственные ценные бумаги. Характерный пример тому – наша страна.

Анализируя статистические показатели  несложно заметить, что за 10 лет, прошедших с последнего глобального кризиса, общая производительность производственных факторов не только не возросла, а, напротив, даже снизилась. Не произошло каких-либо революций в использовании по-настоящему передовых закрывающих технологий. Показатели нормы прибыли у подавляющего большинства акционерных компаний остались на том же уровне. А вот фондовые индексы фантастически возросли. Например, наиболее представительный индекс S&P 500, характеризующий тенденции не только американского, но и глобального рынка капитала вырос с 721 пункта 1 декабря 2008 года до 2926 – в августе 2019 года, или в 4 раза.

Едва ли не основным показателем эффективности вложений является соотношение цены акции и ежегодно выплачиваемых дивидендов. Обозначается он как P/E. Еще семь лет назад, вначале августа 2012 г. для всех компаний S&P 500 отношение P/E было примерно 15. Т.е. требовалось израсходовать на покупку акций примерно 15 долларов, чтобы получить 1 доллар в качестве дивиденда. Сегодня это соотношение составляет 23. Иными словами, львиная доля прироста цен на акции в послекризисный период была обусловлена чистой инфляцией цен на активы, а также операциями финансовой инженерии, и не имела никакого отношения к эффективности производства, выпуску принципиально новых товаров и услуг и другим реальным показателям.

Ничего подобного история фондовых рынков не знала. Это возможно только при финансиализме. Ничего нового, прорывного, обеспечивающего значительное увеличение товарооборота на розничном и оптовом рынках или повышения эффективности производства за эти 10 лет не случилось. Просто стало очень много денег.

Вся разница между инфляцией цен на активы и инфляцией цен на товары состоит в следующем. При привычной капиталистической товарной инфляции в проигрыше оказываются все. Производитель, который не может измерить затраты и результаты при выпуске изделий, заранее предусмотреть платежеспособный спрос и т.п. Не зря при высокой инфляции резко возрастает уровень банкротств бизнесов. Несомненно, проигрывает потребитель, поскольку при капиталистической инфляции рост в розничном товарообороте всегда опережает темпы роста заработной платы. Поэтому при зрелом капитализме одной из  основных задач центральных банков является борьба с инфляцией.

Что же касается инфляции активов, то здесь картина иная. Это – основной источник доходов инвесторов-спекулянтов и банкиров. Они покупают активы, например, акции на практически дармовые деньги, дожидаются роста цены, продают и фиксируют прибыль, полученную буквально из воздуха. То же самое происходит и с любым другими активами, например, с биржевой нефтью, металлами и даже кофе. Более того, в ситуации, когда активы все время растут в цене, выгодны становятся даже сверхнизкопроцентные кредиты. Процент по кредиту в разы меньше прироста стоимости активов. Соответственно, после продажи актива спекулянт возвращает банку основное тело долга и проценты и оказывается в выигрыше.

Некоторые малоосведомленные люди могут возразить, так ведь инфляция активов выгодна для любого инвестора, в том числе и для рядовых вкладчиков – наемных работников. Соображение верное, но не по существу. Если при зрелом капитализме, например, в США  70-е годы прошлого века более 65% домохозяйств владели акциями, а в ведущих европейских странах – порядка 50%, то в настоящее время эти показатели упали до 27% и 17% соответственно. Еще один пример. За 2013-2018 годы в США рост цен (инфляция) на жилье, согласно индексу Case-Shiller, составил 42%, а  повышение почасовой заработной платы у занятых полный рабочий день работников составило только 7%. Это означает, что на покупку одного и того же дома сегодня американцам приходится отрабатывать гораздо больше рабочих часов, чем шесть лет назад. Кстати, интересно. Управление национальной статистики правительства Великобритании со времен правления  лейбористов публикует индексы цен на жилье под названием «Ежемесячная инфляция цен на дома».

Таким образом, правительства, центральные банки, аффилированные с ними транснациональные финансовые институты и крупнейшие компании по управлению активами в условиях господства финансинализма обобществляют убытки и приватизируют эмиссионную и спекулятивную прибыль. Приведем только два наиболее разительных из большого числа проверенных и достоверных примеров. Согласно исследованиям Швейцарского технологического  института в Цюрихе, Лондонского университета и Института комплексных систем в Новой Англии, по состоянию на 2017 год чуть более 130 крупнейших транснациональных финансово-инвестиционных корпораций владеют юридическими лицами, на которые приходится более 65% капитализации фондовых рынков. В свою очередь контроль над этими компаниями осуществляют чуть более 30 ведущих банков и компаний по управлению капиталом. Фактически вся мировая экономика находится в руках 30 крупнейших инвестиционных корпораций – новых лордов финансиализации, и отчасти государственных инвестиционно-банковских китайских институтов.

Другой пример – не менее поразительный. Национальный банк Швейцарии с 2015 года, стремясь обесценить швейцарский франк, провел масштабную эмиссию и  “инвестировал” значительную ее часть в зарубежные активы, в том числе в акции США. В настоящее время на балансе НБШ числятся американские акции на сумму примерно 88 млрд. долларов, и этот банк является видным акционером таких американских корпораций, как Apple, Exxon-Mobil и Procter&Gamble и т.п. Иными словами, больше не надо упираться, брать на себя предпринимательские риски, не надо даже становиться коррупционером и расхитителем, необходимо попасть в число избранных, взаимодействующих с Центральными Банками. Это называется финансиализм.

Существуют и иные направления хищений при финансиализме, стыдливо именуемые выручкой и капитализированной прибылью.  Их получают тесно связанные с правительствами избранные инвестиционные институты и корпорации-подрядчики, находящиеся в руках все той же финансовой элиты или банкстеров. У нас население справедливо негодует по поводу полетов корги на самолетах, многоэтажных пентхаусов в центрах  Москвы и Санкт-Петербурга, утекающих преступным образом из страны ежегодно миллиардов долларов воровских и коррупционных доходов. Однако надо ясно понимать, что наши жулики и воры – это примитивные приготовишки, озабоченные вместо стеклянных бус размерами вилл и яхт. Вся эта обокравшая народ братва находится на нижней ступени пищевой лестницы финансиализма и грабит страну, ориентированную в рамках международного разделения производства на экспорт углеводородов, металла, пшеницы и древесины. Настоящие профи живут в США, в Западной Европе и отчасти в Китае, занимающем первое место в мире по выводу из страны нелегальных, коррупционных и наворованных средств.

Именно государство является в условиях финансиализма главным источником доходов новых лордов. Например, самой крупной в мире компанией по управлению капиталом является корпорация BlackRock. Она управляет активами более чем на 6 трлн. долларов, при том, что весь мировой ВВП составляет чуть более 85 трлн. долларов.

Самое пикантное в этой компании следующее. Она не только является крупнейшим портфельным управляющим, наиболее мощным участником фондовых и других финансовых рынков, контролирует многие индексные фонды, но и одновременно администрации президентов поручают ей оценивать активы правительства, проверять инвестиционную обоснованность государственных сделок. Грубо говоря, это – то же самое, что во время финала Лиги чемпионов по футболу игроков одной из команд одновременно назначить судьями. Такие примеры можно найти не только в Соединенных Штатах, но и в странах ЕС.

Что касается Китая, то в мире мало кто понимает, где заканчивается государство и начинается бизнес, где действуют компании, принадлежащие китайцам, где – представителям китайской диаспоры, а где –  международный капитал просто выставляет фронтменами граждан Поднебесной.

При финансиализме фантастические вещи творятся с государственными подрядами и заказами, особенно связанными с военно-разведывательным комплексом. Например, мощнейшая аудиторская группа, базирующаяся в Брауновском университете США, в 2018 году выяснила, что за период с 2001 года Пентагон потратил на ведение военных действий, а также восстановление инфраструктуры и другие подобные проекты в Афганистане и Ираке почти 6 трлн. долларов.

Однако в 2018 году обнаружилось, что это все – мелочи. Из данных Службы генерального инспектора, а также Службы финансов и бухгалтерии Министерства обороны США лучшие американские аудиторы установили, что за период между 1998 и 2015 годами финансовые операции в Пентагоне на сумму 21 трлн. долларов были задокументированы ненадлежащим образом. Оказалось невозможным установить, на что конкретно были потрачены деньги, какая часть расходов была проведена в рамках бюджета, утвержденного Пентагону Конгрессом, какая относится к строго засекреченному Черному или Тайному бюджету разведывательно-военного комплекса, о существовании которого выяснилось из файлов Сноудена, а какая представляет собой просто фиктивные проводки, покрывающие мошенничества и откровенные ошибки, порожденные безграмотностью бухгалтеров. Чтобы понять невероятные размеры мошенничеств и хищений, надо вспомнить, что весь государственный долг США составляет на сегодня все те же 21 трлн. долларов, а расходная часть всего бюджета США в 2018 году приближалась к 4 трлн. долларов. Грубо говоря, никому из правительственных аудиторов, а тем более бизнесу и общественности неизвестно, кто, на что и каким образом потратил или приписал просто невероятных размеров суммы. Это и есть повседневность финансиализации.

Ключевая проблема финансализации заключается в том, что процесс ее поддержки каждый раз требует все более экстремальных мер. Эти становящиеся все более агрессивными меры приводят к тому, что негативные последствия для системы увеличиваются скорее в геометрической, а не линейной прогрессии. Скажем по-другому: хрупкость и нестабильность системы кратно растут с каждой новой попыткой использовать все более экстремальную политику.

Эти экстремальные меры не складываются друг на друга как кирпичи – они становятся источником параболического роста кредитного рычага, долга, спекуляций, хрупкости, искажений и нестабильности.

Геометрический рост системной неустойчивости – это неизбежный итог финансиализации, и этот момент осознается немногими – не только простыми людьми, но и профессиональными экономистами.

Каждая “починка”, завязанная на увеличение левериджа и размера долгов, подогревает спекулятивный бум, который затем выдыхается, когда искажения, вызванные финансиализацией, дестабилизируют кредитный бизнес цикл реальной экономики. В 2009 году без иронии выдающийся экономист Бен Бернанке своим гениальным количественным смягчением или эмиссией резервных валют не только  создал условия для закрепления финансиализма как господствующего контура мировой экономики, но и дал позднему капитализму  10 лет красивой жизни. Он, а вместе с ним и глобальные правящие элиты, при всех их противоречиях и неоднородности, выбрали бесконечный ужас, а не ужасный конец. Впрочем, бесконечность на конечном земном шаре – это всегда большая иллюзия.

Автор: Елена Ларина

Источник: hrazvedka.ru

  • Поделиться:



← Вернуться назад

Календарь

Октябрь 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
 221222223224115116
2272282292210221111121113
2214221522162217221811191120
22212222222324252627
28293031   
Подписывайтесь на нас

Читайте наши последние новости в этих социальных сетях!